194a20b2

Латифа & Хашеми Шекеба - Украденное Лицо, Моя Юность Прошла В Кабуле



ЛАТИФА
При участии Шекебы Хашеми
УКРАДЕННОЕ ЛИЦО
МОЯ ЮНОСТЬ ПРОШЛА В КАБУЛЕ
Перевод с французского Елены Клоковой
Предисловие Анны Политковской
Анонс
Латифа родилась через год после прихода советских войск в Афганистан.
Сколько она себя помнит, в стране шла война. Но жизнь продолжалась,
несмотря ни на что: девочка росла в большой и дружной семье, училась,
мечтала стать журналисткой. 27 сентября 1996 года, когда талибы вошли в
Кабул, ей было шестнадцать лет. Для Латифы, как и для всех афганских
женщин, началась совсем другая жизнь: унижения, затворничество, чадра на
лице... Латифа тайно бежала из страны вместе с отцом и матерью. Эта книга -
рассказ о ее жизни при талибах, о разбитых надеждах, но и о борьбе за то,
чтобы афганские женщины вновь обрели свободу и достоинство.
КОГДА СТАЛО НЕЛЬЗЯ ВСЁ...
Почему люди, пережившие войну, навсегда прячутся за псевдонимы?
Книжка, которая у вас в руках, не претендует ни на художественность,
ни на след в истории мировой литературы, хотя и написана живым и понятным
языком.
Все равно эта книга - не для эстетов. Она - для других. Для
неравнодушных. Для тех, кто еще хочет понять, в каком мире мы действительно
живем и куда докатились. Именно так: не куда нас завел "международный
терроризм", с которым теперь все дружно борются, не обращая внимания на
детали, - а куда мы САМИ пришли и не в нас ли самих, случайно, дело?..
В книге описана та правда жизни обычного человека в условиях
жесточайшего гражданского противостояния и войны, которую большинство из
нас, думая, что лично его это никогда не коснется, старается подальше
отпихнуть от себя, исходя из древнего принципа "моя хата с краю". "Хата"
молодой девушки, даже имя которой теперь на десятилетия спрятано под
вымышленным, - не оказалась с краю. Потому что девушка этого не захотела. И
именно так перестала быть собой, превратившись в Латифу, рассказывающую
миру о трагедии, постигшей ее родной Афганистан...
...Итак, жила-была девочка, шестнадцати чудных лет, с мечтами об
университете, новых платьях, велосипеде, танцах и цветах. И однажды ее мир
оборвался - 27 сентября 1996 года, в день, когда в ее родной Кабул вошли
талибы.
Окна дома, где жила семья девушки, замазали белой краской, чтобы никто
ничего снаружи не увидел, город наполнился тысячами тайных осведомителей,
желающих смерти ближнему только ради того, чтобы выжить самому, женщины
скрылись под бурками (худшая разновидность чадры - тотальная, и до пола), и
им было запрещено работать и учиться... Точнее, стало нельзя все: даже
смеяться на улицах. И девочка вдруг заметила: когда запретили смеяться на
улицах, дома тоже всем расхотелось... По мере поступления новых и новых
талибских указов.
Сначала девочка впала в депрессию оттого, что жизнь в принципе
закончилась, толком не начавшись. И принялась даже думать о смерти. Однако
спустя несколько месяцев вдруг стала "выздоравливать", придя к убеждению,
что если пытаться даже своими крошечными усилиями бороться с наступившими
временами, то, по крайней мере, будешь уважать себя. А это тоже немало в
тюрьме, именуемой Афганистан под талибами.
В конце концов, девочка превратилась в юную подпольщицу-сопротивленку,
смогла поехать во Францию, чтобы рассказать о том, что творится в Кабуле.
И... Совсем перестала быть собой, вернувшись к себе. Возвращение в
Афганистан было перечеркнуто, как и возможность быть не Латифой...
Вот и вся книжка. Ее канва. Но главный ее мотив - что исходит из всех
строк, абзацев и глав, о ч



Назад