194a20b2

Ламур Луис - Матагорда



Луис ЛАМУР
МАТАГОРДА
Глава 1
Майор Тэппен Дюварни стоял на палубе, держась за поручень, и смотрел на приближающийся низкий песчаный берег. Не таким представлял он себе Техас, с которым связывал все свои надежды.
Тэппен слушал ритмичное шлепанье колес парохода и без особого оптимизма думал о будущем. За плечами у него была война между Севером и Югом и несколько лет бесконечных стычек с индейцами на границе. Ему надоело прозябать в выжженных солнцем и продуваемых всеми ветрами приграничных фортах без семьи и каких-либо перспектив продвинуться по службе, и он расстался с армией.
Перед Гражданской войной Тэппен считался в Чарльстоне весьма состоятельным и завидным женихом. Его семья владела плантацией в штате Вирджиния, а отцу принадлежало несколько торговых судов - четыре шхуны и баркентина, - которые курсировали между островами Вест-Индии, а также портами Карибского моря и Мексиканского залива.
Тэп дважды ходил в плавание матросом на баркентине. Сдав экзамены, стал третьим помощником капитана сначала на шхуне, а потом на баркентине. Отец хотел, чтобы сын до тонкостей познал флотскую службу.

И парень полюбил море, ему пришлась по вкусу грубая беспутная портовая жизнь. Казалось, что он создан для нее.
Война все сломала. Семья Дюварни симпатизировала идеям свободы и равенства, поэтому никого не удивило, что Тэп оставил дом и поступил в армию Севера.
В отместку за это сторонники южан сожгли поместье его отца и угнали скот. Одна из шхун утонула во время урагана. Две другие конфисковали конфедераты, и их потопили канонерки северян.

Баркентина исчезла где-то в районе таинственного треугольника к югу от Бермуд, и от нее остались одни воспоминания. Четвертая шхуна, потрепанная жестоким штормом, сгорела вместе с доком, когда бои докатились до Чарльстона.

Словом, к концу войны Тэп Дюварни оказался без кола и двора да к тому же по уши в долгах. Идти ему было некуда - его родовое гнездо разорили, а отец умер. Не оставалось ничего другого, как вернуться в армию.

Девять лет кочевал он по приграничным фортам от Дакоты до Аризоны, сражался с индейцами. Ему удалось сохранить свой скальп, приобрести три шрама: один - от удара ножом, два других - от пулевых ранений.
После долгих хлопот Дюварни наконец выплатили компенсацию за разрушенное поместье отца, и он уволился из армии, имея в кармане чуть больше семи тысяч долларов. Тогда-то и возник со своим предложением Том Киттери.
Капитан Уилкс, направляющийся в каюту лоцмана, остановился рядом с Тэппеном.
- Вам придется непросто в Техасе, майор. У вас здесь есть друзья?
Капитан, добрая душа, когда-то плавал на корабле его отца, теперь беспокоился о судьбе сына и искренне хотел помочь.
- Есть один... друг, насколько мне известно. Я познакомился с ним во время войны.
- И с тех пор не встречались? Девять лет - большой срок. Он ваш нынешний партнер?
Дюварни показалось, что в голосе Уилкса прозвучала тревожная нотка, но не удивился: его и самого время от времени обуревали сомнения.
- Я знаю этого парня, капитан. Кем бы он ни был, он человек чести... И к тому же очень храбр. Не раз сам убеждался.
- Продажа скота - дело очень выгодное, - продолжил разговор Уилкс. - Индианола давно уже стала крупнейшим портом в Техасе по вывозу животных. Я сам занимаюсь этим вот уже несколько лет. Может, знаю вашего партнера?
- Его фамилия Киттери. Том Киттери. Он из старой техасской семьи.
- Киттери, говорите? Как же, как же! Да, он храбр.

Никто в Техасе не стал бы отрицать, что Том Киттери необыкновенно смел. Правда



Назад